ОДИН СТУЛ, МНОГО СТУЛЬЕВ
Инсталляция
2019-2022
песок, деревянные стулья, архивные фотографии и фотодокументация перформанса
На фотографиях: кладбище в Старой Ниде, засыпанное песком и обнажившееся после сильных ветров (1-2), а также старое кладбище в современной Ниде (3-6).
Источник: фотоархив Восточной Пруссии
В этой работе художницы вновь обращаются к ландшафту и тем историям, которые он скрывает. История временного монумента связана с пейзажем Куршской косы и песчаными катастрофами, которые происходили здесь с XVIII по ХIХ столетие.
В начале XVIII века из-за вырубки лесов дюны начали активно двигаться в сторону Куршского залива, постепенно засыпая поселения. Под песком оказались похоронены четырнадцать деревень. На протяжении десятилетий жители были вынуждены переселяться: дома старались делать разобранными, чтобы переносить на новое место. Местные жители оставались вынужденными кочевниками вплоть до первой XIX века, когда был изобретен способ создания преград для дюн — специальные укрепления из хвороста.
Старейшее поселение Косы — Нида (Литва) — из-за движущихся песков несколько раз меняло свое положение. В 1732 году жители обосновались на том месте, где находится уже современная Нида. Вместе с новым поселением начало формироваться и кладбище. Большинство похороненных здесь — местные рыбаки и члены их семей. Поскольку многие мужчины погибали во время штормов, предполагается, что на кладбище особенно много женских захоронений. На старом кладбище Ниды можно увидеть прекрасно сохранившиеся и восстановленные традиционные для этого региона надгробные памятники — крикштасы. Крикштас — одна из старейших форм надгробных памятников в Литве, они упоминаются еще в XVI веке. Крикштасы более всего были распространены в Малой Литве: на Куршской косе и на территории низовья Немана. Делали крикштасы из дерева и украшали сквозной резьбой. А устанавливали у изножья могилы, поэтому они символизировали путь, по которому душа покидает мир живых. Памятники были невысокими — обычно не выше одного метра — и имели симметричный силуэт. После Второй мировой войны большинство крикштасов было уничтожено. По воспоминаниям жителей Ниды, надгробные памятники — главным образом деревянные крикштасы — были собраны на кладбище, погружены в грузовик и вывезены. Многие могилы остались без обозначений. В 1975 году кладбище было восстановлено по проекту художника Эдуардаса Йонушанаса. Позднее были реализованы новые этапы реставрации, и к 2011 году на основании исторических источников и архивных данных удалось восстановить 27 крикштасов и 10 деревянных крестов.
В создании временного монумента в Ниде (сентябрь, 2019 год) участвовали: Хорст Хохайзель, Андреас Книтц, Евгения Лаптева, дуэт Topp & Dubio, Грета Димарис, Оксана Юшко
Фотодокументация: Андрей Василенко
Важно и то, что формы некоторых крикштасов напоминают резные спинки деревянных стульев. Согласно местной легенде, эта форма связана с образом сидящего человека: при жизни ты сидел на стуле в своем доме, после смерти лежишь в земле, а когда придет время пробуждения, эта «спинка стула» поможет тебе подняться. Именно эта визуальная близость стала отправной точкой для работы художниц.
Художественная группа «Нежные бабы» предложила создать временный памятник жертвам песчаных катастроф в 2019 году в рамках художественно-исследовательской лаборатории «Балтийское море — жидкий мемориал», кураторами которой были Хорст Хохайзель и Андреас Книтц. Участники акции взяли старые деревянные стулья (они были максимально похожи) из Дома писателя в Ниде и перенесли их на дюну Парнидиса, где закопали в песок по спинку. Над поверхностью остались только вертикали спинок — ряд деревянных силуэтов, обращенных к дюне. С дюны Парнидиса открывается вид на так называемые «мертвые пески» — серые дюны, под которыми находятся погребенные деревни Сенеий Нагляй и Науйойи Нагляй. Эта композиция напоминает пустой зрительный зал или церковную скамью с множеством незанятых мест. Каждый стул обозначает место, где должен был бы сидеть человек. Один стул — одно место. Множество стульев — исчезнувшее сообщество тех, кто вместе выходил в море за рыбой, пережидал шторм и ждал хорошую погоду, пытался пустить свои корни в месте, где землю заменяет уходящий сквозь пальцы песок.
В 2020 году художницы перенесли временный монумент в музейное пространство. Это произошло в рамках выставки «Она была красива как русский пейзаж» в Музее современного искусства PERMM (Пермь, Россия). Это была одна из самых сложных инсталляций выставки, На тот момент практика размещения настоящей почвы в музейном пространстве применялась в мировой практике буквально несколько раз, тогда на второй этаж PERMM было поднято более 4 тонн песка.
Для создания реплики монумента был использован не легкий песок балтийских дюн, а пермский речной — более тяжелый и глинистый. Старинные стулья для инсталляции дали друзья музея — реставрационная студия «Снова Новое».
На стене рядом с инсталляцией была представлена линия черно-белых фотографий: архивные кадры здесь были перемежались с документацией перформанса 2019 года. Решение использовать для изображений одну цветовую гамму было продиктовано желанием добиться большей условности и стереть временную дистанцию между снимками. В такой визуальной логике столетия, разделяющее фотографии немецкого исследователя, изучающего остатки деревень и выдутое песками кладбище и те изображения, которые были во время создания временного монумента в жаркий сентябрьский день 2019 года, не существует.
В отличие от той строгой и линейной композиции, которая была реализована в Ниде, здесь стулья — абсолютно разные, принадлежащие разным десятилетиям, частично поломанные — размещались хаотично, будто разбросанные невидимой силой. В этом пространстве история песчаных катастроф Куршской Косы становилась более универсальной. Теперь не предметы мебели стояли перед дюной, а зрители смотрели на них, как на археологические остатки чего-либо, универсальные знаки отсутствия, указывающие на то, что в этом месте когда-то был человек. Посетители выставки узнавали о судьбе засыпанных деревень, но одновременно начинали соотносить увиденное со своим опытом утраты и памяти. Некоторые люди делились впечатлениями и собственными воспоминаниями. Кому-то инсталляция напоминала о затопленных деревнях Пермского края. Другие вспоминали кадры новостных репортажей после пожара в пермском клубе «Хромая Лошадь», жертвами которого стало более 150 человек: там и сгоревшая и уцелевшая мебель оказалась засыпана песком.
