НА СЧАСТЬЕ

Видеоперформанс, диптих

Цвет, звук, 7:00

2021

Люди на берегу, море, повторяющееся и доведенное до абсурда бытовое действие — один из частых мотивов видеоработ группы. Визуальный ряд перформанса «На счастье» чем-то похож на романтические пейзажи Каспара Давида Фридриха — обрыв, морская гладь, солнце, которое еще не зашло за линию горизонта, только вместо мужских фигур — две женские в черных платьях. 

Фридрих писал людей на краю — на обрывах, у моря, на фоне бесконечных далей, и эти фигуры всегда казались одновременно крошечными и величественными, потому что их одиночество было наполнено благоговением перед миром. У «Нежных баб» тоже есть обрыв, море, застывший свет — но вместо торжественного молчания здесь ритуал, почти домашний, но вывернутый наизнанку: женщины разбивают тарелки, одну за другой, будто пытаются вызвать счастье насильно, заклинают его — каждый удар сопровождается криком.

О случайно разбвишейся посуде говорят: «Это к счастью». Но о чем говорит тот жест, когда ее разбивают намеренно? О несбыточном желании, чтобы счастье наконец настало?

И вот тут возникает образ дома — но не настоящего, а потерянного, воображаемого. Разбитая посуда — это ведь всегда про дом: то ли про ссору, то ли про случайное везение, то ли про то, что что-то кончилось. Но здесь её бьют осознанно, методично, и это уже не суеверие, а отчаянный жест, как будто счастье можно вынудить явиться, если достаточно громко крикнуть.

Потом оказывается, что этот берег — не просто берег, а крыша дзота, бетонного укрытия, оставшегося со Второй Мировой Войны. И тогда весь перформанс становится про дом в самом широком смысле — про землю, которая помнит слишком много, про попытки жить на руинах, про то, как мы устраиваем быт поверх трещин истории.

Но что же скажет случайно оказавшийся на месте перформанса турист? Он искал красивый вид и нашел его, а вместе с ним —— и осколки белоснежной фарфоровой посуды на поверхности, которая оказалась вовсе не каменистым берегом, а крышей бывшего дзота.